LIBRARY.UA - цифровая библиотека Украины, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!

Libmonster ID: UA-940

поделитесь публикацией с друзьями и коллегами
Заглавие статьи Строительство старой и новой Москвы. ЖИЛИЩА ТРУДЯЩИХСЯ В СТАРОЙ МОСКВЕ
Автор(ы) Е. ЗВЯГИНЦЕВ
Источник Борьба классов,  № 7-8, Август  1934, C. 209-216

Жилища феодальной Москвы

Рост старой Москвы как густонаселенного торгового и промышленного центра дореволюционной России сопровождался все возраставшей жилищной нуждой трудящегося населения Москвы. Особенно обострилась эта нужда в конце XIX ив начале XX в., в условиях развивавшегося промышленного капитализма. Острая классовая борьба из-за жилища в Москве как и во всех капиталистических городах начинается с того периода, когда на городскую землю устанавливается частная собственность, превращающая жилищное строительство в предмет предпринимательской эксплоатации.

В Москве XVII в. земля еще не была предметом торгового оборота. Отдельные попытки влиятельных вельмож, возвысившихся при новой династии Романовых, а также монастырей и высшего духовенства скупить и захватить в свои руки дворовые земли встречали еще отпор со стороны закона. Сами слободские организации в интересах акуратного выполнения разных денежных и натуральных повинностей следили за своими слобожанами, чтобы они не отчуждали своих дворов на сторону и чтобы дворы не выбывали из общего "тягла". Соборное уложение 1649 г., отразившее пожелания московских посадских слобод, противодействовало переходу тяглых дворовых земель к привилегированным лицам, так называемым беломестцам.

Беломестцы были также лишены летальной возможности скупать дворовые земли и в стрелецких слободах. Московские стрельцы, которых насчитывалось во второй половине XVII в. до 18 тыс., были наделены дворовыми участками при условии службы, но они не являлись их собственниками в позднейшем смысле слова.

Такими же условными владениями были многочисленные дворы тех москвичей, которые населяли дворцовые и казенные слободы. Их обитатели обязаны были производить ту или другую работу на царский двор или на разные казенные учреждения. Таковы были слободы гончаров, каменщиков, ткачей, так называемые хамовные слободы и др. Рабочее население в таких слободах жило отдельными дворами. Каждый имел свой клочок земли, но это его владение обусловливалось выполнением в течение года определенного урока, или "дела".

Однако обладание собственным участком не делало дворовладельцев обладателями достаточного и благоустроенного жилища. Несмотря на свои большие размеры Москва XVII в. отличалась большой жилищной скученностью.

Балки, овраги, балчуги, небольшие речки в крутых берегах, трясины и невылазные топи значительно уменьшали площадь города, пригодную для жилья.

Большинство населения составляли мелкие производители-ремесленники, мелочные торговцы, низшие военные, приказные, церковные и служилые люди и т. п. Они со своими семьями жили дворами, состоявшими из скромной бревенчатой избы, подчас курной, и из кое-каких хозяйственных построек. Земельный участок, на котором располагалось "хоромное и дворовое" строение рядового москвича, очень редко превышало 100 кв. саж., а большей частью площадь всего двора равнялась 25 - 50 кв. саж.

Таких дворов, разбросанных слободами и сотнями, мало чем связанных друг с другом, насчитывалось в Москве XVII в. не меньше 20 тыс. Между слободами: стрелецкими, ямскими, кузнецкой, кожевницкой, мясницкой, сыромятной, котельной, плотничьей и др. - лежали неосвоенные плешины.

В соответствии с господством мелкого производства и мелочной торговли решительно преобладала мелкая застройка - стихия единоличного двора.

Ничтожны по своим размерам были деревянные избы. Маленькие, узкие оконца пропускали мало свету. Всякое большое окно казалось неэкономным и грозило суровой зимней стужей. Полумрак и теснота царили в избе. Тут же иногда содержался и молодой окот. Люди дышали спертым, дымным воздухом.

стр. 209

Эти жилища были причиной высокой смертности, особенно среди детей, и распространения истребительных "поветрий" - эпидемий.

Из-за чрезвычайной скученности деревянных построек в Москве XVII в. часто происходили огромные, сплошные пожары, пожиравшие целые слободы, сотни и даже тысячи дворов.

В Москве XVII в. встречались также и значительные боярские, монастырские и купеческие дворы-усадьбы. Это были просторные дворы с садами и огородами, нередко с каменными зданиями-палатами и каменными погребами. Но таких было еще немного. В середине XVII в. московское боярство, разгромленное опричиной Ивана Грозного и революционной смутой начала XVII в., было немногочисленно. Старые княжеские и боярские роды сильно поредели и пришли в упадок. А дворянство еще не настолько возвысилось, чтобы прочно осесть и обжиться в Москве в качестве ее хозяев. Поэтому в Москве преобладал тип мелкого посадского и стрелецкого двора.

Мелкому дворовладению был нанесен удар уже на рубеже XVII в., когда Петр I уничтожил стрелецкие полки и опустошил стрелецкие слободы в Москве.

Тысячи стрельцов были казнены или вместе с семьями высланы из Москвы. В 1700 г. сотским и старостам всех московских слобод об'явлен высочайший указ о том, чтобы "они стрельцов и стрелецких жен и детей у себя не держали и учинили б о том в слободах у себя заказ крепкой". Всякого вернувшегося стрельца велено хватать.

Дворы казненных или изгнанных стрельцов были сначала заброшены. Но вскоре началась щедрая раздача дворянам запустевших стрелецких земель.

Раздавались участки, во много раз превышавшие жилищную норму рядового стрельца.

Стрелецкие земли раздавались бесплатно, но с обязательством платить ежегодный оброк в казну в размере 4 - 8 алтын с каждой сажени ширины двора по улице. С течением времени оброчные деньги перестали выплачиваться. Различие между землями стрелецкими и белыми постепенно стиралось. Дворяне начинали на них смотреть как на свою исконную собственность. Вслед за стрелецкими стали распадаться и те слободы, которые хозяйственно и служебно зависели от дворцовых учреждений царя: Хамовные, Кормовые, Кисловская, Барашская, Псаренная и др. В начале царствования Пе-

МОСКОВСКАЯ УЛИЦА В XVII В. Грав. из кн. Олеария 1656 г. (Гос. ист. музей).

стр. 210

тра I вместе с наступившими переменами в царском быту эти московские слободы стали клониться к упадку. А с перенесением столицы в Петербург и с переездом туда царского двора они и вовсе распались. Стали хиреть и слободы патриаршие, после того как было упразднено само патриаршество. Наконец, распадались и многочисленные "черные" слободы посадского населения. Под влиянием тяжелого податного бремени и затяжной Северной войны в первые десятилетия XVIII в. в Москве как и везде многие из тяглого населения разбежались, погибли на войне или обнищали. Из книги камерколлегии за 1713 г. мы узнаем, что "дворовое число" посадских людей в Москве за 10 лет сократилось с 7047 до 2737 дворов, т. е. на 3/5. Упадок слобод продолжался. "Черные" слободские земли переходили к отдельным дворянам. Частые и сплошные пожары в этот период разрушали и без того подорванные хозяйства обывателей слобод. Особенно истребительны были пожары 1712, 1737 и 1748 гг. Беспощадная чума 1771 г. ускорила процесс вытеснения малых дворов усадебными просторами. В этом году из 12 1/2 тыс. московских дворов в 3 тыс. дворов все жители вымерли. Жертвой чумы оказалась почти исключительно беднота, ибо состоятельные люди могли с началом эпидемии спешно выехать в свои деревенские поместья. Таким образом тысячи "выморочных" дворовых владений становились добычей дворянских "собирателей" усадебных мест.

Во второй, а отчасти в третьей четверти XVIII столетия наблюдалась в широких размерах раздача дворянам "черных" земель под предлогом, чтобы дворовые места "впусте не лежали". Указом 1731 г. приказывалось сыскать владельцев заброшенных мест. Если хозяин не являлся или по бедности отказывался строиться и мостить мостовую, то его дворовый участок отдавался желавшему его взять "из выстройки и мощения улицы".

Случался и простой захват земельных заброшенных мест. Достаточно было владеть несколько лет каким-либо захваченным запустевшим дворовым местом или замостить мостовую против двора, чтобы создавалось основание для получения формальных владельческих прав. "Межевая инструкция", изданная правительством в 1766 г., санкционировала эти захваты.

Не только "запустелые из давних лет" дворовые места легко попадали в распоряжение состоятельных лиц; правительство разрешало богатым людям отбирать у мелких дворовладельцев их дворовые участки и присоединять к своим владениям.

В 1753 г. был опубликован приказ правительства, чтобы "в Москве везде по улицам лачужек и прочих непристойных строений, покрытых лубьем и рогожами, отнюдь не было, и где оные были немедленно сломать". Москва должна была отстроиться каменными зданиями, вымостить улицы камнем, расширить улицы, украсить город. Гонения на тесные дворы и скученные постройки мотивировались то пожарной опасностью, то стремлением к некоторому благоустройству. Однако мотивы эти не изменяли фактического положения дела, которое сводилось к предоставлению пустых и бедно застроенных дворовых мест состоятельным дворянам. Старые слободские места об'единялись в обширные усадьбы, которые огораживались солидным забором или каменной стеной.

Захват дворянством слободских земель увенчался екатерининским указом 1775 г., который отдавал все эти земли "в вечное и потомственное владение" их фактическим владельцам и освобождал их от оброка.

Меньшая часть этих земель попала не к дворянам, а к московским фабрикантам, откупщикам и богатым торговцам. Во второй половине XVIII в. московские мануфактуры были крупнейшими в крепостной России. Московские откупщики и именитые купцы располагали огромными по тому времени денежными средствами. Эта верхушка нарождавшегося "третьего сословия" подобно дворянству использовала для себя период расхищения слободских земель, обзаводясь

КАБАК НА ПЕРЕКРЕСТКЕ БЛИЗ АНДРОНЬЕВА МОНАСТЫРЯ В МОСКВЕ. С грав. Дюрфельда конца XVIII в. (Гос. ист. музеи).

стр. 211

СТАРЫЙ ПОЧТАМТ НА МЯСНИЦКОЙ УЛИЦЕ НА МЕСТЕ УСАДЬБЫ ВРЕМЕНЩИКА МЕНЬШИКОВА. СЛЕВА ВИДНА ЦЕРКОВЬ "МЕНЬШИКОВА БАШНЯ", СУЩЕСТВУЮЩАЯ И В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ. С лит. 1845 г. (Гос. ист. музей).

довольно просторными усадьбами. Но сравнительно с дворянскими владениями эти усадьбы насчитывались единицами, да и по размерам были меньше.

Однако маленькие дворы не исчезли совсем. Тесные дворики уживались по соседству с привольно широкими усадьбами благородной знати и денежных тузов. Ремесленники и торговцы, мелкое чиновничество, приходское духовенство, фабричные "работные люди", отставные солдаты и пр. - все эти категории московских обитателей, случалось, имели свои домишки, в которых жили сами и сдавали угол или комнаты внаймы.

Дворянская Москва поражала наблюдателя своими резкими контрастами. В ней сочеталось "близкое соседство великолепной пустоты и тесноты заразительной, пышности и бедности".

В слободской Москве XVII в. насчитывалось не меньше 20 тыс. дворов. А в 1793 г. оказалось всего 8354 двор. Около 12 тыс. дворов было сметено с лица Москвы. В то же время территория города увеличилась. Это означало, что во второй половине XVIII в. Москва стала городом по преимуществу дворянским. Тесный двор, посадский и стрелецкий, сменился просторной городской усадьбой с господским домом-особняком во дворе.

Там, где когда-то кучей лепились друг к другу маленькие дворишки разных кузнецов, плотников, звонарей, стрельцов, мелких ремесленников и торговцев, теперь широко раскинулись владения богатых представителей господствующего класса. Дворянская усадьба в 80-х годах XVIII в. стала преобладающим типом дворового владения. В 1793 г. только у одних титулованных дворян, т. е. у князей, графов и баронов, имелось 507 владений.

Московские усадьбы крупных вельмож отличались иногда весьма обширными размерами. Так, владение на Гороховом поле, принадлежавшее племяннику елизаветинского фаворита гр. А. К. Разумовскому, простиралось на 43 десятины. Огромный сад Разумовского поражал своими размерами даже в то время безграничной барской роскоши. В пределах владения протекала река Яуза на протяжении более версты, через нее были перекинуты мосты, устроены пристани с лодками. Для убранства сада и дома присылались оранжерейные редкости знаменитого в то время Горенковского ботанического сада того же владельца, в 18 верстах от Москвы.

Обширные дворянские усадьбы располагались не только по окраинам, но и в центре города. Например между Петровкой и Рождественкой, начиная от нынешнего Кузнецкого моста, как раз на месте целых десятков прежних дворов кузнецов и соборных звонарей, расположилось огромное владение графа Воронцова.

Иной представитель дворянской знати не довольствовался одной только, хотя бы и обширной, усадьбой в Москве. В дополнение

стр. 212

к основному, пышно обставленному дому у него бывали еще и другие владения, иногда застроенные, иногда остававшиеся пустырями. Так, у того же Разумовского в 1793 г. имелось целых 10 владений в разных местах города: на Воздвиженке, Тверской, Поварской, в Бутырках, в Замоскворечье и т. д. У другого екатерининского вельможи, гр. Алексея Орлова, насчитывалось в указанном году 13 московских владений, причем ни одно из них не напоминало скромных дворовых мест москвичей XVII в.

Кроме привольных усадеб вельмож Москва была заполнена менее значительными усадьбами среднезажиточных дворян. В Москву каждый год с'езжались на зиму дворяне не только из Московской, но и из других губерний. Они приезжали со своими семьями, множеством дворовых слуг, с обильными продовольственными запасами, чтобы повеселиться и развлечься в Москве в течение зимних месяцев.

Большинство таких дворянских гнезд разместилось именно там, где прежде стояли мелкие слободские дворы.

В каждой дворянской усадьбе, кроме барского дома-особняка с флигелем, непременно были сад, часто с прудом, конюшня на несколько стойл, амбар, погреба, сараи, людские избы, отдельная кухня, баня и т. д. Все это разнообразие "каменного и деревянного строения" нельзя было уместить на маленьком дворовом участке. Оттого в XVIII столетии всюду в Москве происходит укрупнение владений, даже в тех случаях, когда селился и обстраивался не очень богатый дворянин. "

Новый облик Москвы резко отличался от деревянной и скученной Москвы XVII в. Монументальные здания классического стиля и ампирные особняки в московских переулках, кое-где уцелевшие и до нашего времени, могут дать некоторое представление о той спокойной самоуверенности, с какой господствовавший класс воздвигал свои палаты на месте сломанных деревянных дворишек.

Жилища буржуазной Москвы

Со второй половины XIX в. Москва сделалась крупнейшим средоточием машинной индустрии и в первую очередь текстильной, промышленности. К ней сходились и в ней перекрещивались важнейшие железнодорожные пути, соединявшие ее со всеми областями страны и с приморскими портами. Хозяином Москвы становится буржуазия: купцы, промышленники: и банковские дельцы. К ней переходит земля. Она возводит здания. Она оказывается во главе органов городского управления и городского хозяйства.

Безостановочно растущему населению Москвы нужно было в ней как-нибудь разместиться. Территория города несколько расширилась, но количественный рост населения был все же несоответственно велик. Плотность населения на единицу площади города год от году увеличивалась. Появились новые типы более интенсивной застройки. Вместе с тем вырабатывались и новые приемы наживы на жилищной нужде трудящихся.

Обширные усадьбы дворянского размаха теперь были признаны ненужной, убыточной роскошью. Усадьбы, укрупненные в XVIII веке, начали дробиться.

Каждый, даже небольшой, участок земли, пригодный для застройки под "доходные" дома, приобретал небывалую прежде ценность. По мере роста города все сильнее и сильнее дорожала земля.

Городское управление и особенно частные лица непрерывно повышали свои арендные цены.

Даже "пустыри", расположенные далеко от центра, начинали высоко расцениваться. Участок земли, стоивший 5 - 10 лет назад сотню рублей, теперь вдруг оценивался в тысячу и больше рублей. Происходило это только оттого, что по близости строилась железнодорожная станция, или проходила мимо трамвайная линия, или возникало какое-либо крупное предприятие. Владельцы дворовых пустопорожних мест могли разбогатеть без всякого усилия. Земельная рента быстро повышалась, Народилась особая

УГЛОВЫЕ ЖИЛЬЦЫ (Муз. революции).

стр. 213

группа спекулянтов, вздувавших цены на землю. Вся очень ценная земля сосредоточилась в руках небольшого сравнительно круга "землевладельцев" из буржуазии.

Вместо старых дворянских усадеб множились застройки новых доходных домов, задачей которых было на наименьшей площади земли поселить наибольшее количество людей, разместить наиболее многолюдные учреждения или пропустить наибольшую массу товаров. Нагромождались многоэтажные, многоквартирные дома, вздымаясь вверх и вгрызаясь вниз, в землю, жилыми и нежилыми подвалами.

Исчезали заборы, когда-то тянувшиеся вокруг господских усадеб. Однообразные и часто безобразные дома смыкались по улице друг с другом. Строились они не для того, чтобы на них любоваться. Да на них и не откуда было смотреть: двор - колодец, улица, узка, один домище загораживал другой.

В итоге предпринимательского строительства "центр города превращался в оплошную каменную запыленную и загрязненную глыбу, где за каждым вершком тянулись десятки рук".

В 70 - 80-х годах московское купечество еще робко занималось домостроительством. Впоследствии, при содействии банковского капитала, купечество увереннее шло в эту область. В конце XIX в. появились капиталисты, вкладывавшие большие суммы в покупку земельных участков и в сооружение многоквартирных домов. Стали образовываться специальные акционерные строительные общества. За постройку огромных домов веялись страховые компании с их солидными денежными средствами, и в результате за самые последние десятилетия перед революцией выросла в Москве не одна сотня густо застроенных и плотно заселенных владений.

В соответствии с социально-классовой диференциацией в Москве происходит перераспределение населения по резко обособленным районам. С половины XIX столетия в Москве образуются рабочие окраины, или предместья, в отличие от центральных частей с их сравнительным внешним благоустройством и обилием культурных учреждений.

Московские фабрики XVIII и начала XIX столетий, точнее, мануфактуры, даже и те из них, которые насчитывали десятки и сотни рабочих, находились часто в самом городе, при домах фабрикантов. Их можно было встретить в разных частях Москвы, не исключая и центра, например, толковые фабрики по Ильинке, толковая же фабрика Милютина в Милютинском переулке. Даже такая огромная фабрика, как "Большой суконный двор", помещалась против Кремля, у Каменного моста. Кроме фабричных предприятий везде по городу встречались мелкие ремесленные и усадебные мастерские (одиночные ткацкие станки, кузницы и пр.). Во второй половине XIX в. фабрики и заводы с появлением на них паровых машин задымили и стали увеличиваться. Их начали устраивать подальше от административно-буржуазного центра. Образовалась периферия города "с частоколом фабричных труб". На этих окраинах, кольцом охвативших город, количественно рос, об'единялся и учился классовой ненависти и борьбе рабочий класс, вышвырнутый за срытую, но не исчезнувшую черту Земляного города - Садового кольца.

Рабочие кварталы были лишены того, что именуется городским благоустройством. Городская дума по составу своему была домовладельческой и купеческой. Разумеется, она при устройстве городских предприятий прежде всего заботилась о центральных частях Москвы, а не о рабочих окраинах. Жилища, расположенные за Садовым кольцом, оставались без водопровода, без канализации. Улицы и переулки, по которым ходил рабочий люд, погружались по вечерам в темноту. Они продолжали быть немощеными и грязными, за исключением главных магистралей, ведших из центра за город. Трамвай обслуживал главным образом центр. В то время как внутри Садового кольца преобладали дома и квартиры, обставленные с относительными удобствами, за Садовой чертой была Москва, так сказать, второго сорта. Она не унаследовала, конечно, ничего из былого усадебного благополучия, но она и не приобрела ничего из удобств, ставших доступными Москве центральной.

В буржуазной Москве домовладение сделалось особой формой капиталистической эксплоатации. Сплошь и рядом рабочий и служащий уплачивал домовладельцу ввиде квартирной платы 20 - 25, а иногда и все 30 - 35% своего заработка. Вместе с растущим наплывом населения в Москву из провинции спрос на квартиры увеличивался, жилищная нужда усиливалась и обострялась, поэтому снимали даже заведомо плохие и неудобные квартиры. Ощущался затяжной квартирный кризис. Капиталистиче-

стр. 214

ская Москва не могла обеспечить огромному числу своих жителей здорового и доступного жилища.

Особенно тяжело было положение тех, кто не в состоянии был нанять себе отдельную квартиру, а "принадлежал к многочисленной категории обитателей так называемых коечно-каморочных квартир. Жилищное положение этих "черных жильцов", как их называли, бывало невыносимо. Обследование "жилищ беднейшего населения", произведенное в 1899 г. Московским городским статистическим бюро, рисует страшную обстановку типичной рабочей коечно-каморочной квартиры.

Такая квартира состояла иногда из одной просторной комнаты. Тесовыми перегородками она делилась на несколько узких клетушек-каморок. Часто одно окно приходилось на две каморки. Встречались и такие каморки, которые примыкали к темной стене и пользовались лишь слабым светом, проникавшим сюда благодаря тому, что перегородки из тонкого тесу не доходили до потолка. Вход в каморку был либо через дощатую дверь либо чаще через ситцевую занавеску. В каждой каморке обыкновенно помещались две койки, изредка небольшой стол и табуретка.

Та часть комнаты, которая не разделялась перегородками, занята была общей печью для изготовления кушанья, и тут же размещались отдельные койки, поставленные вплотную одна к другой. Койка состояла из трех голых досок, положенных на кирпичи, на поленья или козелки. Никаких тюфяков или мешков не было, и коечный жилец спал обычно на снятом с себя платье. Днем койки представляли отвратительную картину старых досок с наваленным в беспорядке тряпьем.

Когда квартира состояла из 2 - 3 комнат, то отдельные койки бывали часто сосредоточены в одной комнате, а каморки - в другой.

Обычными признаками обследованных квартир являлись теснота, грязь, испорченный воздух, нередко сырость, а зимой - холод. Вентиляции никакой! Самые дома, в которых помещались коечно-каморочные квартиры, находились главным образом на окраинах города. Это были деревянные, нередко ветхие и негодные для жилья здания. Дворы грязные и немощеные. Помойные ямы и мусорные ящики очищались редко. При обходе статистиков ямы были совершенно переполнены, издавали зловоние, и по всему двору виднелись следы помоев и экскрементов. Ни дворы, ни лестницы по вечерам не освещались.

Перегруженность коечно-каморочных квартир являлась главнейшим бедствием. Наблюдались случаи, когда в одной тесной каморке с двумя только койками жили 7 - 8 - 9 чел. А 4 - 5 чел. в одной каморке было обычным явлением.

Койки бывали одиночные и двойные. Последние сдавались либо семье (мужу, жене, детям), либо двум посторонним и даже незнакомым друг с другом лицам. Снимая в этом случае часть двойной койки, жилец заранее мирился с тем, что ему "подложат" соседа, а соседом мог оказаться больной старик, или вечно пьяный буян, или тряпичник, или человек, заразившийся какой-либо инфекционной болезнью.

Одиночные койки иногда занимались двумя лицами, из которых один спал на ней ночью, другой - днем. То, что именовалось постелью, не успевало еще остыть от острых испарений одного человека, как на нее ложился другой.

Казалось бы, нельзя спуститься ниже этих санитарных условий. Однако в коечно-каморочных квартирах была еще более обездоленная категория "черных жильцов". Это лица, которые жили, не имея в квартире определенного места: они получали его ежедневно по указанию хозяина там, где было свободно: сегодня на освободившейся одиночной койке, завтра - на печке, потом - на полу, в проходе, или на покинутой половине какой-либо из двойных коек. Спали они обычно не раздеваясь.

Коечно-каморочные квартиры не были крайним пределом жилищной нищеты. Кроме них существовало еще "дно" - ночлежные дома на Хитровом рынке и в других местах, где люди, случалось, бывали размещены "так тесно, как трупы на хорошем кладбище".

Много ли москвичей являлось обитателями коечно-каморочных квартир? Таких квартир в 1899 г. было обнаружено 16140. Из них детально обследовано 15922. Всех каморок в обследованных квартирах было 27513 и коек во внекаморочных помещениях - 36234. Обитателей же квартир, каморок и коек оказалось 174622 чел. - население целого значительного города в конце XIX в. и едва ли не все население Москвы XVII в.1 Из общего числа этих "чер-


1 Статья И. Вернера в "Известиях Московской городской думы". 1902 г., октябрь.

стр. 215

ных жильцов" детей насчитывалось около 38 тыс.

После 1899 г. подробного обследования коечно-каморочных квартир не повторялось. Но, по общему подсчету, опубликованному в 1916 г. городским статистическим бюро, в Москве с пригородами в 1912 г. насчитывалось квартир со сдачей коек и каморок 24597, и в них обитало 326638 чел.1 .

Для характеристики квартирного неблагополучия следует прибавить еще, что по тем же статистическим материалам, относящимся к 1912 г., в Москве было 2543 квартиры подвальных с 26592 жителями и 9924 квартиры полуподвальных с 98323 жителями, а кроме того 10364 квартиры дворницких и швейцарских с 32013 жителями. Значительная часть этих квартир по своей тесноте, недостатку света, сырости и разным неудобствам была фактически непригодна для жилья.

Такова была жилищная обстановка буржуазной Москвы к 1912 г., т. е. к моменту почти накануне мировой войны. Война с ее беженскими волнами могла только обострить и без того вопиющую жилищную нужду, тем более, что в это время совершенно приостановилось строительство домов, так как капитал устремился в военную промышленность и военные поставки, обеспечивавшие исключительно высокие барыши. Для того, чтобы повысить и доходы от домов, домовладельцы сделали попытку повышения квартплаты. Но решительный протест рабочих заставил Думу запретить повышение квартирной платы, на что домовладельцы ответили прекращением ремонта квартир. Домовое хозяйство Москвы быстро приходило в упадок и к моменту Октябрьской революции оказалось основательно расшатанным.


1 "Статистический ежегодник Москвы". М. 1916 г.

Orphus

© library.ua

Постоянный адрес данной публикации:

http://library.ua/m/articles/view/Строительство-старой-и-новой-Москвы-ЖИЛИЩА-ТРУДЯЩИХСЯ-В-СТАРОЙ-МОСКВЕ

Похожие публикации: LRussia LWorld Y G


Публикатор:

Легия КаряллаКонтакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: http://library.ua/Kasablanka

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир)GoogleYandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Строительство старой и новой Москвы. ЖИЛИЩА ТРУДЯЩИХСЯ В СТАРОЙ МОСКВЕ // Киев: Библиотека Украины (LIBRARY.UA). Дата обновления: 01.06.2014. URL: http://library.ua/m/articles/view/Строительство-старой-и-новой-Москвы-ЖИЛИЩА-ТРУДЯЩИХСЯ-В-СТАРОЙ-МОСКВЕ (дата обращения: 26.09.2017).

Комментарии:



Рецензии авторов-профессионалов
Сортировка: 
Показывать по: 
 
  • Комментариев пока нет
Свежие статьиLIVE
Публикатор
Легия Карялла
Kyiv, Украина
133 просмотров рейтинг
01.06.2014 (1212 дней(я) назад)
0 подписчиков
Рейтинг
0 голос(а,ов)

Ключевые слова
Похожие статьи
Ключ к Тайне — имя Хеопс. The key to Mystery is the name of Cheops.
Каталог: Философия 
4 дней(я) назад · от Олег Ермаков
КРЫМ: КУДА ДРЕЙФУЕМ?
Каталог: Политология 
7 дней(я) назад · от Україна Онлайн
КРЫМ КАК ЗАБЫТАЯ ЖЕМЧУЖИНА
7 дней(я) назад · от Україна Онлайн
Прощай, "остров Крым"!
Каталог: География 
7 дней(я) назад · от Україна Онлайн
Заминированный Крым
Каталог: Журналистика 
7 дней(я) назад · от Україна Онлайн
Пошевели извилинами. Не ходил бы ты, Ванек, во юристы
Каталог: Военное дело 
7 дней(я) назад · от Україна Онлайн
Стаття обґрунтовує соціальну необхідність невідкладної розробки загальної програми щодо вжиття адекватних заходів для налагодження дієвого державного механізму протидії тіньовій економіці. Така програма повинна мати комплексний характер, оскільки її головним завданням має бути побудова антисистеми, яка протистоятиме вдало сконструйованій і налагодженій системі тіньової економіки. Рух у цьому напрямку слід розпочати з права, оскільки воно є формальним регулятором суспільних відносин і проголошує норми поведінки, зокрема й у сфері економіки.
Каталог: Право 
7 дней(я) назад · от Сергей Сафронов
Свавiлля у центрi столицi
Каталог: Политология 
7 дней(я) назад · от Україна Онлайн
Платон как Аполлон. Plato as Apollo.
Каталог: Философия 
8 дней(я) назад · от Олег Ермаков
Молодёжь, не ходите в секту релятивизма. Думайте сами. И помните, там, где появляется наблюдатель со своими часами, там заканчивается наука, остаётся только вера в наблюдателя. В науке наблюдателем является сам исследователь. Шутовству релятивизма необходимо положить конец!
Каталог: Философия 
11 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов

Строительство старой и новой Москвы. ЖИЛИЩА ТРУДЯЩИХСЯ В СТАРОЙ МОСКВЕ
 

Форум техподдержки · Главред
Следите за новинками:

О проекте · Новости · Отзывы · Контакты · Реклама · Помочь Либмонстру

Украинская цифровая библиотека ® Все права защищены.
2014-2017, LIBRARY.UA - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK