LIBRARY.UA - цифровая библиотека Украины, репозиторий авторского наследия и архив

Зарегистрируйтесь и создавайте свою авторскую коллекцию статей, книг, авторских работ, биографий, фотодокументов, файлов. Это удобно и бесплатно. Нажмите сюда, чтобы зарегистрироваться в качестве автора. Делитесь с миром Вашими работами!

Libmonster ID: UA-478

поделитесь публикацией с друзьями и коллегами
Заглавие статьи ЗА БОЛЬШЕВИСТСКОЕ ПРЕПОДАВАНИЕ ИСТОРИИ
Автор(ы) А. Панкратова
Источник Борьба классов,  № 1-2, Февраль  1935, C. 19-36

1

Постановление ЦК партии и правительства от 16 мая 1934 г. о преподавании гражданской истории в школах СССР по своему исключительному значению выходит далеко за рамки средней школы, которой оно в первую очередь касается.

Это постановление переводит все дело исторического образования в нашей стране на новую, высшую ступень и влечет за собой перестройку исторического образования во всех его звеньях.

Центральный комитет партии констатировал неудовлетворительную постановку преподавания истории в средней школе и подчеркнул необходимость "историко-хронологической последовательности в изложении исторических событий".

Майское решение, представляющее образец конкретного партийного руководства, явилось непосредственным результатом той суровой критики, какой товарищ Сталин подверг крайне неудовлетворительную постановку преподавания истории в нашей массовой школе.

Товарищ Сталин обратил внимание на тот факт, что ни наша школа, ни школьные учебники истории не дают подрастающим поколениям конкретных исторических знаний и не помогают им выработать историческую перспективу, без чего нельзя воспитать марксистски образованного и политически боеспособного строителя социалистического общества.

Указания товарища Сталина и решения ЦК от 16 мая являются настоящей программой большевистского преподавания истории. Эта программа особенно в настоящее время приобретает международное значение. Вопросы преподавания истории сейчас стали предметом особого внимания буржуазии во всех странах, что весьма ярко отразили международные конгрессы последних лет (особенно варшавский конгресс историков в августе 1933 г. и базельская конференция по преподаванию истории в июне 1934 г.). В целом ряде стран проведена школьная реформа, направленная к усилению правительственного контроля над постановкой преподавания и программами по истории.

Советский союз является единственной страной, где историческое образование имеет не только научную базу, но и перспективы развития, небывалые и невозможные ни в одной из буржуазных стран.

В своих указаниях товарищ Сталин не только развернул критику недостатков преподавания истории, но одновременно заострил вопрос о роли и значении исторической науки и исторического образования во всей системе марксистских общественных наук и во всей системе революционного воспитания молодых поколений в СССР. Без исторического знания нет подлинного марксизма. Историзм является всеобщим и обязательным методом научного марксистского знания во всех его областях. Именно это имел в виду Маркс в "Немецкой идеологии", требуя исторического познания природы и общества, когда писал: "Мы знаем только одну единственную науку, науку истории" 1 . Не только специалисты-историки, но и философы, экономисты, естественники, политики должны обладать серьезными научными знаниями в области истории.

Пролетариат является единственным классом в мировой истории, заинтересованным в действительном и глубоком познании мира, революционное преобразование которого является исторической задачей рабочего


1 "Архив Маркса и Энгельса". Т. I, стр. 21 1924.

стр. 19

класса. Наоборот, буржуазия, которая стремится упрочить свое положение и объявляет его вечным, в своем миросозерцании антиисторична.

Вот почему именно в СССР, в стране победившего пролетариата, изучение конкретной истории, ее объективного хода и ее закономерностей является боевой, политической задачей.

Ни в одной стране не сделано и не могло быть так много сделано для расцвета исторической науки, как в стране пролетарской диктатуры. За время существования советской власти значительно выросли кадры историков-коммунистов, создан ряд крупнейших научно-исследовательских институтов для изучения истории, выходит большое количество исторических журналов и т. п. Все это дало возможность провести успешную борьбу с буржуазными и мелкобуржуазными историческими концепциями (Платонов, Петрушевский, Виппер, Добш, Матьез и др.), а также с меньшевистскими, троцкистскими и националистическими концепциями и их пережитками и влияниями в марксистской исторической литературе. Мы имеем ряд крупнейших достижений и в области творческой разработки важнейших проблем истории (например истории западноевропейских революций, истории крестьянских движений, истории пролетариата СССР, истории революции 1905 г., истории Октябрьской революции и гражданской войны, истории эпохи империализма и т. п.).

Однако эти достижения еще отчетливее подчеркивают отмеченные товарищем Сталиным недостатки нашей научной работы в области истории, такие, например, как отсутствие серьезных марксистских работ по истории древнего мира, средних веков, истории колониальных и зависимых народов, истории народов СССР, которые Октябрьская революция вывела на широкую историческую дорогу. Но даже те научные работы, которые историческая наука в СССР числит в своем активе, очень часто не давали достаточно конкретного материала, обращая все свое внимание на социологический анализ, на изучение общественных формаций и т.п. Именно таковы, например, были многочисленные работы по истории западноевропейских буржуазных революций, по истории Парижской коммуны, революции 1905 г. и т. п. В них анализ социально-экономических предпосылок, движущих сил, характера революции, причин поражения и т. п. почти исключал конкретно-историческое изложение классовой борьбы, без чего социологические характеристики и обобщения часто превращались в голые схемы. Эти серьезные недостатки и пробелы в области научно- исследовательской работы по истории, естественно, не могли не сказаться на качестве нашей учебной исторической литературы и на общей постановке преподавания истории, что и было отмечено в выступлении товарища Сталина. Без решительного поворота нашей научной работы по истории нельзя достигнуть быстрых и прочных успехов в области преподавания истории.

А между тем историческое образование является неотъемлемой частью марксистско-ленинского воспитания масс. Его правильная постановка чрезвычайно важна для осуществления намеченной XVII съездом партии задачи переделки всего трудящегося населения страны в активных и сознательных строителей социалистического общества.

Глубоко неправильными и оппортунистическими являются рассуждения, что в наше время горячей практической стройки вопросы теории отступают на второй план, что чем ближе мы к победе, тем меньше мы нуждаемся в марксистско-ленинской теории. Никогда, ни в одну эпоху, эта теория не приобретала такого исключительного значения, как в нашу.

Одно из самых замечательных высказываний Ленина, касающихся истории, прямо говорит о политической роли истории в классовой борьбе пролетариата:

"Мы должны, - указывает Ленин в статье "Революционные дни", - ...писать историю современности и стараться писать ее так, чтобы наше бытописание приносило посильную помощь непосредственным участникам движения и героям-пролетариям там, на месте действий, -писать так, что-

стр. 20

бы способствовать расширению движения, сознательному выбору средств, приемов и методов борьбы, способных при наименьшей затрате сил дать наибольшие и наиболее прочные результаты" 1 .

Значение исторической науки особенно велико на данном этапе борьбы партии за бесклассовое, социалистическое общество. История должна показать массам при помощи свойственного ей метода конкретно- исторического анализа длинный и трудный путь борьбы классов, ведущий человечество к бесклассовому, социалистическому обществу, организатором которого становится самый передовой и революционный класс - пролетариат. История должна подвести миллионы подрастающих строителей социалистического общества к тому общему выводу, что без пролетарской революции, без организации и укрепления пролетарской диктатуры, без победы социализма человеческое общество не может развиваться и прогрессировать, что всем ходом исторического развития пролетариат поставлен перед задачей борьбы за победу социализма во всем мире.

Вопрос о характере и роли исторического знания в общей системе коммунистического воспитания и обучения в СССР приобретает сейчас значение одного из важнейших принципиальных вопросов политики партии в деле строительства социалистической культуры в нашей стране.

"Пролетарская культура, - не раз говорил Ленин, - должна явиться закономерным развитием тех запасов знания, которые человечество выработало под гнетом капиталистического общества, помещичьего общества"2 .

Знать завоевания культуры, созданной всем развитием человечества, усвоить его исторический опыт - вот обязательное условие марксистско- ленинского образования как оружия партии в борьбе с пережитками капитализма в сознании людей и в процессе переделки людей в сознательных строителей социализма.

Одним из самых важных и решающих моментов перестройки исторического образования является вопрос об учебнике истории. Товарищ Сталин в своей критике существующих стабильных учебников и конспектов новых учебников направляет внимание партии на вопрос об учебнике как на актуальнейшую проблему и центральное звено всего вопроса о преподавании истории в школах СССР.

И это естественно! Учебник сейчас становится самой ответственной книгой. Ведь ни одна книга, за исключением работ классиков марксизма- ленинизма, не может иметь такого количества читателей, как школьный учебник. Учебником пользуются миллионы читателей, из него они усваивают "основы науки", из него черпают свои первые, основные знания по истории, влияющие на формирование мировоззрения молодых поколений. Вот почему к учебнику надо предъявлять самые высокие научные, педагогические и политические требования. Именно это и подчеркивал товарищ Сталин в своих выступлениях, особенно в своих критических замечаниях по поводу конспекта учебника истории СССР.

Выработанное на основе предложений товарища Сталина решение ЦК и СНК от 16 мая центральным вопросом ставит вопрос о создании новых учебников истории.

На очереди стоит задача - написать такой учебник, в котором сочетались бы научность содержания, принципиально - политическая выдержанность, заостренность и высокое педагогическое качество. Новые, марксистские учебники истории должны принципиально отличаться от старых, дореволюционных и от современных буржуазных учебников, о которых Ленин говорил, что они не столько учат, сколько развращают молодежь.

Необходимость новых, марксистских учебников Ленин подчеркивал давно и неоднократно. В заключительном слове на XI съезде РКП (б), в спорах с Лариным, Ленин советовал нашим литераторам поменьше уделять внимания политической трескотне и побольше воспитанию молодого поколения. "В самом деле - на чем оно учится общественным наукам - спраши-


1 Ленин. Т. VII, стр. 83 3-е изд.

2 Ленин. Т. XXX, стр. 406.

стр. 21

вал Ленин. - На старом буржуазном хламе. Это - позор! И это тогда, когда у нас сотни марксистских литераторов, которые могут дать учебники по всем общественным вопросам, но не дают, потому что не тем заняты, не туда устремляются" 1 .

Рекомендуя книгу Степанова об электрификации как настоящее "пособие для школ", Ленин снова с возмущением подчеркивал, что "почти пять лет спустя после завоевания политической власти пролетариатом, в его, пролетариата, государственных школах и университетах учат (вернее, развращают) молодежь старые буржуазные ученые старому буржуазному хламу" 2 .

Ленин с большим вниманием отнесся к "Русской истории в сжатом очерке" М. Н. Покровского, подчеркнув при этом основное требование к марксистскому учебнику: учебник должен быть конкретен, давать факты и даты. Чтобы "сжатый очерк" мог стать учебником, Ленин предложил восполнить недостаточный в нем фактический материал особыми синхронистическими таблицами. Ленин писал по этому поводу М. Н. Покровскому:

"Учащиеся должны знать и Вашу книгу и указатель, чтобы не было верхоглядства, чтобы знали факты, чтобы учились сравнивать старую науку и новую" 3 .

Создание марксистского учебника истории - крупнейшая политическая задача, разрешение которой возложено постановлением ЦК от 16 мая на специально подобранные авторские коллективы.

Каково же должно быть содержание советского исторического учебника, и в чем его принципиальное отличие от старого, дореволюционного или современного буржуазного учебного пособия по истории? На этом вопросе необходимо остановиться подробнее.

Первым основным требованием, которое предъявляет товарищ Сталин к содержанию всякого учебника истории, написанного марксистом- большевиком, является требование научности.

В своих указаниях, сделанных при просмотре конспектов будущих учебников истории СССР и новой истории, товарищ Сталин критикует авторов за то, что они оперируют затасканными, трафаретными, совершенно ненаучными терминами и определениями, некритически заимствованными из арсенала буржуазной историографии, не умея противопоставить им научно обоснованные определения.

В стране социализма, строящей всю свою жизнь на прочном научном фундаменте, не может быть разного подхода и разных требований к научности в исследовательских работах и популяризациях.

Ленин требовал, чтобы популярная литература, выпускаемая партией, была такого высокого научного и политического качества, чтобы ее пригодность измерялась долгими годами.

"...Популярная литература, - писал он, - только та хороша, только та и годится, которая служит десятилетия. Ибо популярная литература есть ряд учебников для народа, а учебники излагают азы, не меняющиеся по полустолетиям"4 .

Популярную литературу, которая издавалась при царизме пудами для затемнения революционного сознания народа, Ленин называл "макулатурой и шарлатанством".

Беззастенчивым шарлатанством являются и те популяризации и учебники, которые изготовляют для школы буржуазные историки.

Буржуазия не может создать действительно научного исторического учебника, поскольку для нее и самая история, по существу, не является наукой.

"Всякая попытка научно трактовать историю есть нечто в своей основе совершенно противоречивое; поэтому всякое прагматическое историческое описание, на какой бы высоте оно ни стояло, есть компромисс. Природу должно трактовать научным образом; напротив, история должна


1 Ленин. Т. XXVII, стр. 261.

2 Там же, стр. 195

3 Ленин. Т. XXIX, стр. 442.

4 Ленин. Т. V, стр. 232 (примечание).

стр. 22

быть предметом поэтического творчества", - так вещает самый популярный в послевоенное время "мыслитель" буржуазии Шпенглер в своей широко известной книге "Закат Европы".

Шпенглер прямо заявляет, что исследователь истории "тем значительнее, чем меньше он принадлежит науке в собственном смысле слова".

Шпенглер не открыл ничего принципиально нового для буржуазии. Еще со времен Фихте и Шеллинга буржуазная историческая мысль склонна была рассматривать свой предмет "по образу эпоса, который не имеет никакого определенного начала и никакого определенного конца" (Шеллинг).

Обострение классовой борьбы в настоящее время заставило буржуазных историков отбросить устаревшие для нашей эпохи рассуждения об истории как "объективной", "аполитичной", "надклассовой" и т. п. науке.

В прошлом и во имя прошлого современная буржуазия все чаще ищет теперь "исторических" оснований для борьбы с пролетарской революцией.

Это обращение к прошлому, к "истории", нисколько не мешает ей отрицать закономерность исторических событий. "Отыскивать в истории тенденции развития является устарелым рационализмом", - заявляет "ведущая" до сих пор в буржуазной исторической науке школа Риккерта, имевшая, кстати, горячих адептов и среди русской буржуазной историографии (Петрушевский и др.).

После краткого блестящего расцвета буржуазной истории в период господства гегелевской школы научный уровень буржуазных исторических работ резко снизился - началась фабрикация исторических диссертаций и учебных пособий, иногда интересных и богатых своим фактическим материалом, но теоретически беспомощных и ненаучных.

В свете этой краткой характеристики кризиса буржуазной исторической науки, науки, которая неспособна подняться от плоского эмпиризма, эклектики и идеализма на высоту подлинного научного знания, особенно ответственной является общественная роль марксистской историографии как подлинно и единственно научной.

Таким образом требуемая товарищем Сталиным в письме в редакцию журнала "Пролетарская революция" высота научной принципиальности в исторических исследованиях чрезвычайно важна и актуальна именно потому, что марксистская историческая наука является единственным представителем подлинного научного исторического знания.

В своей критике существующих стабильных учебников и конспектов будущих учебников истории товарищ Сталин показал, что надо включать в требование подлинной и высокой научности марксистского учебника истории. Основная критика нынешних стабильных учебников шла по линии их схематизма, перегруженности социологизмом, недостаточности в них конкретного, фактического, исторического материала. Однако представленные конспекты новых учебников выявили преобладание в них исторического эмпиризма, голой конкретики. Товарищ Сталин развернул решительную и резкую критику конспектов за отсутствие в них ясно выраженных принципиальных проблем, четких историко-методологических установок, необходимых политических выводов и обобщений.

Неправильно понятая "социология" привела одних авторов к фактической ликвидации изучения конкретной истории и к замене ее изучением общественно-экономических формаций.

Увлечение конкретикой без сопутствующей и вытекающей из нее принципиальности, без общих выводов на основе уже изученных фактов могло привести авторов учебников к вредным извращениям марксизма, идущим по пути эмпиризма буржуазных историков.

Понятие общественно - экономической формации - одно из плодотворнейших открытий Маркса, явившееся фундаментальной теоретической категорией исторической науки, обусловившей возможность создать историю как науку, - никогда не исключало для марксиста конкретно-исторического анализа. Наоборот, Маркс и Ленин всегда подчеркивали обязатель-

стр. 23

ную для марксиста задачу изучения общественных формаций во всей их исторической конкретности. Каждая историческая эпоха должна изучаться во всех своих особенностях с учетом свойственной именно данной эпохе закономерности развития.

Еще в одной из самых первых своих работ, "Что такое "друзья народа", Ленин, указывая, что краеугольным камнем учения Маркса об историческом развитии общества является учение об общественно-экономических формациях, подчеркивал обязательную необходимость конкретно - исторического анализа, дающего возможность выделить то, что отличает одну страну от другой, и исследовать то, что обще им.

Однако на практике наша школа стержнем своих программ сделала изучение общественных формаций и преимущественно экономической истории. Если обратиться к существующим школьным учебникам истории, то самый беглый анализ их содержания подтвердит отмеченный выше "социологизм" и "академизм" этих работ, трудный для понимания не только учащегося, но нередко и учителя. Таково, например, в учебнике Никольского исключительно трудное изложение происхождения языка по Марру и т. п.

Учебник древней истории акад. Никольского сразу же начинается с такого, самого общего утверждения: "Изучение классовой борьбы - это самая главная задача истории. Классовая борьба - это движущая сила исторического развития, всех исторических изменений, всех исторических событий" (стр. 3). Затем дается общая схема исторического процесса без всякого конкретного содержания, перечисление всех формаций, характеристика феодализма, изучать который учащиеся будут только в следующем году, и т. п.

Самая же история Древнего Востока, Греции и Рима дается почти исключительно как экономическая история.

Еще больше чем в учебнике Никольского отвлеченных социологических схем имеется в учебнике Гуковского и Трахтенберга "История эпохи феодализма" Фактический материал в нем служит лишь иллюстрацией для социологических обобщений.

С первых же страниц дается социологическая характеристика основных классов феодального общества и определение феодализма как общественного строя, выросшего на почве распада рабовладельческого строя Римской империи и изменений в хозяйственном строе древних германцев. При этом почти совершенно отсутствует конкретный материал о германских завоеваниях, об истории Франкского государства, об империи Карла Великого и т. п. История феодального города начинается также с трудного социологического обобщения: "Выделение ремесленного производства из сельского хозяйства означало развитие общественного разделения труда" (стр. 34). И лишь после нескольких общих параграфов о развитии ремесла, рынков, городов даются некоторые (все же недостаточные) факты о борьбе городов с феодалами. Именно потому, что вместо конкретной истории учебник дает социологическую характеристику феодализма, в учебнике нет, например, конкретной истории Англии. Факты же из истории Англии приводятся в трех различных местах учебника для иллюстрации различных сторон процесса феодализации общества и последовавшего затем разложения феодализма в Европе.

Учебник Ефимова и Фрейберг по истории нового времени также дает социологически схематическое изложение истории промышленного капитализма. И в нем преобладает изложение экономической истории с небольшим добавлением отдельных моментов из истории рабочего движения. Вся политическая и культурная история нового времени, таким образом, остается вне учебника.

В учебнике Ванага по истории СССР (для рабфаков и комвузов) в основном весь материал сводится к истории экономического развития России и истории революционного движения.

Учебники истории даже носили соответственные названия: "История феодализма", "История промышленного капитализма" и т. п. Товарищ Сталин предложил проводить пре-

стр. 24

подавание систематического курса всеобщей истории (начиная с 5-го класса и до последнего) в определенной последовательности по следующим курсам: история древнего мира, средних веков, нового времени, история СССР и новая история колониальных и зависимых стран. Соответственно изменятся названия всех выходящих сейчас новых учебников. Эта перемена названий должна еще более подчеркнуть радикальную перемену содержания исторических учебников, посвященных истории определенных конкретно- исторических эпох и стран. Эта перемена названий подчеркивает необходимость дать в учебнике не просто и не только экономическую историю, как делалось до сих пор, а широкую и конкретную гражданскую историю, включающую историю экономического, политического, культурного развития изучаемой страны, ход классовой борьбы в ней, характеристики ее исторических деятелей и т. п.

Показать, что "люди сами делают свою историю", является безусловным требованием научности для любого марксистского исторического исследования, а тем более для учебника истории.

Товарищ Сталин в беседе с немецким писателем Людвигом довольно подробно остановился на этом известном тезисе Маркса:

"... Люди, - говорил товарищ Сталин, - делают историю не так, как им подсказывает какая-нибудь фантазия, не так, как им придет в голову. Каждое новое поколение встречается с определенными условиями, уже имевшимися в готовом виде в момент, когда это поколение народилось... Именно люди, но лишь поскольку они правильно понимают условия, которые они застали в готовом виде, и лишь поскольку они понимают, как эти условия изменить, - делают историю" 1 .

Этот творческий, действенный подход к роли личности в том историческом процессе, в котором она участвует, является для нас обязательным.

Весь исторический процесс должен быть связан в сознании учеников с конкретными историческими личностями - выразителями интересов и стремлений определенных общественных классов.

Подводя итоги требованиям научности исторической марксистской работы, необходимо запомнить следующее, чрезвычайно выразительное замечание по этому поводу Ленина.

"Марксизм, - писал Ленин, - отличается от всех других социалистических теорий замечательным соединением полной научной трезвости в анализе объективного положения вещей и объективного хода эволюции с самым решительным признанием значения революционной энергии, революционного творчества, революционной инициативы масс, - а также, конечно, отдельных личностей, групп, организаций, партий, умеющих нащупать и реализовать связь с теми или иными классами" 2 .

Следует, наконец, остановиться и еще на одном требовании товарища Сталина к учебнику - на вопросе о хронологии. Требуя от авторов будущих учебников методологического продумывания и правильного употребления таких понятий, как "эпоха", "период" и т. п., товарищ Сталин подчеркивает большое значение хронологии для изучения конкретной истории. Без хронологии трудно получить понимание исторической перспективы. Изучение хронологии дает возможность учащимся наглядно представить локализацию исторических фактов во времени. Такое же значение для выработки исторической перспективы имеют и исторические карты, помогающие наглядно и конкретно изучать исторические факты, представляя их локализацию в пространстве. Борьба за точные исторические знания, которых требует майское решение ЦК, должна начаться с учебника. Составление массового образцового учебника истории для школы должно отразить достижения марксистcко - ленинской исторической науки. В учеб-


1 И. Сталин "Беседа с немецким писателем Эмилем Людвигом" "Большевик" N 8. 1932

2 Ленин "Против бойкота" Т. XII, стр. 32

стр. 25

нике должны быть использованы наиболее ценные научные результаты исторических исследований, приведены результаты наиболее обоснованного решения новых проблем истории, собраны такие факты, которые были ранее погребены в архивах, факты, мимо которых проходили буржуазные историки.

Работа над марксистскими учебниками истории должна, таким образом, стать настоящей научной работой, хотя, разумеется, ни в коем случае мы не должны превращать учебники в "академические", ученые труды, мало доступные школе.

Требование доступности, популярности, живости изложения, красочной конкретности - это непременное требование, без которого нельзя представить себе настоящий школьный учебник. Это требование решительно подчеркнуто в майском решении ЦК.

2

Создать научный исторический учебник - значит создать большевистский учебник, ибо наша историческая наука - большевистская наука.

Задача большевистского учебника истории любой эпохи - показать эту историю в аспекте нашей грандиозной эпохи, в свете исторической борьбы рабочего класса за пролетарскую диктатуру и социализм во всем мире. Именно эта задача делает возможным и необходимым в наших учебниках историю вчерашнего дня увязать с теми грандиозными новыми задачами социалистического строительства, которые стоят перед нами сегодня и еще будут стоять завтра.

Ленин в своих заметках на тезисы Н. К. Крупской, касаясь вопроса о конкретном содержании учебного плана по истории в нашей советской школе и предлагая составить программу по годам, намечал в учебных планах школы историю вообще, историю революций, историю революции 1917 года.

Требуя конкретного изучения всеобщей истории, Ленин выделял при этом историю революций и особенно историю Октябрьской социалистической революции. Подчеркивая, что всемирная история неуклонно идет к диктатуре пролетариата, что "вопрос о диктатуре пролетариата есть коренной вопрос современного рабочего движения во всех без исключения капиталистических странах", Ленин считал проблему диктатуры пролетариата как и ее историю центральной проблемой, подлежащей нашему изучению.

"... История всех революций угнетенного и эксплуатируемого класса против эксплуататоров является самым главным материалом и источником наших знаний по вопросу о диктатуре", - писал Ленин по этому поводу 1 .

Товарищ Сталин, подходя к критике установок конспектов по новой истории и истории СССР, чрезвычайно остро подчеркнул ленинское положение о том, что история пролетарской диктатуры есть стержень всей мировой истории в том именно смысле, в каком подчеркивали эту мысль Маркс и Ленин, анализируя историческую перспективу развития человеческого общества.

То, что Маркс внес нового в мировую науку, заключалось прежде всего в создании целостной концепции исторического развития человеческого общества от первобытного коммунизма, через классовое общество, через диктатуру пролетариата к коммунистическому строю.

Выделение революционных этапов этой мировой истории означало изучение путей, какими шла и идет борьба человечества за коммунизм. Именно в такой перспективе должны показать исторический процесс наши учебники истории - посредством конкретной истории человеческого общества, отдельных его народов и стран и в древние, и в средние века, и в новое время включительно до нашей, современной борьбы и ее перспектив.

Имея в виду такую общую историческую перспективу, Сталин как и Ленин предложил выделить в качестве гигантской исторической ве-


1 Ленин "К истории вопроса о диктатуре". Т. XXV, стр. 431 и др.

стр. 26

хи Октябрьскую социалистическую революцию и диктатуру пролетариата.

Центральной задачей учебников и новой истории и истории СССР товарищ Сталин выдвинул необходимость исторического обоснования Октябрьской революции как социалистической революции пролетариата и ее противопоставления Французской революции как революции буржуазной.

Основной осью учебника, развивает эту мысль товарищ Сталин, должна быть именно эта идея противоположности между революцией буржуазной и социалистической, показ того, что Французская и всякая иная буржуазная революция, освободив народ от цепей феодализма и абсолютизма, наложила на него новые цепи - цепи капитализма и буржуазной демократии, тогда как социалистическая революция в России разбила все и всякие цепи и освободила народ от всех форм эксплоатации. Вот что должно составлять красную нить учебника новой истории. Нельзя допустить, чтобы Французскую революцию называли просто Великой. Ее надо трактовать как революцию буржуазную, а революцию Октябрьскую надо рассматривать и трактовать как революцию пролетарскую.

Это важнейшее замечание товарища Сталина дает ориентировку и определяет большевистский подход к изучению любой исторической проблемы и любого отрезка новой истории или истории СССР. А главное, оно дает ключ к пониманию актуальнейшего вопроса о борьбе двух систем: капитализма и социализма, их происхождении, развитии и столкновении. Октябрьская социалистическая революция - исторический рубеж этих двух систем. Французская буржуазная революция достигла максимума возможных для буржуазной революции побед. Буржуазные историки безоговорочно называют ее Великой революцией. Но Великой она была, как неоднократно подчеркивали Ленин и Сталин, лишь постольку, поскольку в ней участвовали плебейские массы, превращавшие буржуазную революцию в мощное народное движение. Но этот кульминационный пункт Великой буржуазной революции во Франции - якобинская "плебейская" диктатура - не мог на том этапе развития рабочего класса закончиться победой революционных, демократических элементов.

"Буржуазная революция не может сплотить вокруг буржуазии на сколько- нибудь длительный период миллионы трудящихся и эксплоатируемых масс именно потому, что они являются трудящимися и эксплоатируемыми" 1 , - писал товарищ Сталин в своем известном определении различия между буржуазной и пролетарской революциями.

Требуя от историков установления различия между буржуазными и буржуазно-демократическими революциями, товарищ Сталин ставит перед ними прежде всего задачу конкретного анализа подлинной роли плебейских элементов и перспектив перерастания революции буржуазной в революцию пролетарскую, социалистическую.

В учебнике должна быть конкретно показана историческая ограниченность буржуазной революции, ее неспособность расчистить до конца "авгиевы конюшни" старого режима. Ленин подчеркивал, что буржуазия, стремясь утвердить свое господство как класса-собственника, естественно, не может бороться с такой последовательностью, как пролетариат, который является наиболее самоотверженным борцом в буржуазной революции.

Вот почему "буржуазии, - писал Ленин, - выгодно опираться на некоторые остатки старины против пролетариата, например, на монархию, на постоянную армию и т. п." 2 .

Еще более верно это положение для поздних буржуазных революций, когда угроза со стороны пролетариата толкает "буржуазию на сделки со старым режимом, как это было в русской революции 1905 г. Таким образом в результате буржуазных революций, даже самых радикальных, создается как венец достижений режим парламентской демократии, означаю-


1 Сталин "Вопросы ленинизма", 10-е изд., стр. 107.

2 Ленин. Т. VIII, стр. 57.

стр. 27

щий для масс только замену одних цепей (феодальных) другими цепями (капиталистическими).

Две системы, два мира - вот что должен показать учебник новой истории. Поэтому он должен включить в свой план специальные разделы об Октябрьской революции, о создании Советского союза, о победе социализма в СССР, противопоставляя победоносный социализм капитализму, вступившему после войны и Октябрьской революции в период общего кризиса капиталистической системы.

Это общее замечание товарища Сталина дает возможность установить принципиальные основания для научной периодизации нового времени.

Товарищ Сталин намечает три основных периода в истории нового времени:

1) от Французской буржуазной революции до франко-прусской войны и Парижской коммуны - период победы и утверждения капитализма в передовых странах;

2) от Парижской коммуны до победы Октябрьской революции в России и окончания империалистической войны - период начала упадка капитализма, первого удара по капитализму со стороны Парижской коммуны, перерастания старого, "свободного" капитализма в империализм и свержения капитализма в СССР силами Октябрьской революции, открывшей новую эру в истории человечества;

3) от 1918 г. (года окончания войны) до конца 1934 г. - период послевоенного империализма, экономического и политического кризиса в капиталистических странах, период фашизма и усиления борьбы за колонии, с одной стороны, и с другой - период гражданской войны и интервенции в СССР, период первой и второй пятилеток в СССР, период победоносного строительства социализма в нашей стране.

Деление всей новой истории на указанные три периода, конечно, далеко выходит по своему громадному научному и политическому значению за рамки периодизации учебника и вообще за рамки вопроса о периодизации. Это сжатая большевистская схема всей новой истории, основным содержанием которой является борьба пролетариата с буржуазией за установление диктатуры пролетариата и в основу которой положена идея противоположности буржуазной и пролетарской революций.

Отправным пунктом, с которого товарищ Сталин предлагает начать историю нового времени, является история Французской буржуазной революции. Именно Французская буржуазная революция установила господство буржуазных отношений в Европе, утвердила политическую роль буржуазии как класса, хотя борьба за установление буржуазного порядка исторически началась гораздо раньше, и в истории имеется ряд буржуазных революций до Французской буржуазной революции. История этих революций как и весь процесс формирования буржуазного общества должна быть показана в заключительных главах по средней истории и в вводной главе по новой истории.

На основе этих указаний и переработан сейчас план содержания учебника истории нового времени.

Через весь конспект проведено резко принципиальное отличие всех буржуазных революций от социалистической, показана историческая ограниченность буржуазного парламентаризма и демократии, на конкретном историческом материале по истории отдельных стран в эпоху империализма дано разграничение революций буржуазных и буржуазно-демократических, усилен конкретный материал по истории колониальной политики в эпоху империализма, даны особые главы по истории революций в Китае, Персии и Турции в начале XX в., по истории Японии и Индии в эпоху довоенного империализма.

Замечания по новой истории необходимо иметь в виду и при составлении нового, большевистского учебника истории СССР.

Ленин еще в апреле 1920 г. напоминал о необходимости приступить к созданию истории Советской республики. "...Можете ли собрать материалы для истории гражданской войны и истории Совет-

стр. 28

ской республики?" - спрашивал Ленин в письме к Адоратскому 1.

Международное значение книги по истории СССР огромно. История советской власти, история того, как пролетариат, ведя за собой эксплоатируемые трудящиеся массы, под руководством партии Ленина- Сталина совершил победоносную социалистическую революцию и в условиях жесточайшей классовой борьбы со своей и мировой буржуазией сумел привести к победе социализма в Советском союзе, - эта история должна стать достоянием широчайших масс не только в СССР, но и в странах капитала.

Все прежние буржуазные историки, начиная от Чичерина и Соловьева, кончая Платоновым, Ключевским, Корниловым и Пресняковым, составляли учебные курсы истории, давая исключительно историю великорусского народа. У Корнилова в его "Курсе" дана особенно четкая формулировка великодержавной позиции "русской истории": "Я буду излагать главным образом историю русского народа, останавливаясь на истории прочих частей населения лишь постольку, поскольку события, составляющие эту историю, вопросы, тут возникающие, и процессы, среди этих народностей развивающиеся, касаются интересов всего русского государства" 2 .

История "русского государства", для которого история народов, входивших в его состав, была лишь дополнительным материалом, а сами эти народы рассматривались как "прочие части населения", была стержнем русской буржуазной историографии. "Общий курс" Ключевского, вышедший в конце XIX в., курс Платонова, появившийся в начале XX в., - все они стержнем русского исторического процесса делают историю государства. Сконструированная ими историческая схема сводила всю историю к созданию и развитию Российского государства, сложившегося на великорусской основе.

Эта концепция русской буржуазной историографии не заслуживала бы упоминания, если бы ее традиции не были такими жизнестойкими, если бы они не оказывали влияния на обучавшихся по этим историческим курсам и до и после Октябрьской революции. Эти концепции русского исторического процесса не только определяли содержание всей школьной истории, но и оказывали непосредственное влияние на выработку определенной, враждебной пролетариату, меньшевистской политической идеологии (Плеханов, Троцкий). Наши университеты довольно широко используют исторические труды Ключевского-этого наиболее популярного историка и любимца русской буржуазной интеллигенции до революции. Его эклектическая схема, в которой сочетались и чрезвычайно талантливо преподносились и чичеринская теория закрепощения и раскрепощения, и соловьевская схема борьбы со степью, и щаповские теории о влиянии географического фактора, и элементы экономического материализма, находила широкое распространение. Мы не отказываемся от использования исторического наследства буржуазии, но для правильного его использования необходимо, во-первых, уяснить себе основные черты буржуазного исторического мировоззрения и, во-вторых, противопоставить ему наше мировоззрение и определяемую им марксистско-ленинскую схему русского исторического процесса.

М. Н. Покровский с большим блеском выполнил первую часть этой задачи, оставив нам ряд исключительно ярких и острых критических страниц, разрушающих буржуазные и мелкобуржуазные схемы русских историков. Но во второй, положительной части этой задачи - в собственной исторической концепции М. Н. Покровского - был ряд таких существенных ошибок, которые не могли сделать его схему приемлемой.

Сам М. Н. Покровский подверг свою схему о торговом капитале как стержне русской истории довольно серьезной критике3 , но преодолеть эту схему до конца он все же не мог.


1 Ленин Т. XXIX, стр. 436.

2 "Курс" Ч. 1-я, стр. 4.

3 См статью "О русском феодализме, происхождении и характере абсолютизма в России", представляющую переработку его выступлений в семинарах ИКП истории в 1931 г.

стр. 29

Общую схему истории СССР, которой необходимо руководствоваться авторам учебника истории СССР, выработали вожди мирового пролетариата Ленин и Сталин. Фундаментальные работы в области истории В. И. Ленина, как "Развитие капитализма", "Что такое "друзья народа", лекция свердловцам о государстве, "Аграрный вопрос" и многие другие, теоретические работы товарища Сталина, как "Основы ленинизма", "Октябрьская революция", "Марксизм и национальный вопрос", письмо в редакцию "Пролетарской революции" и его замечания на конспекты будущих учебников, - вот чем должны руководствоваться работники большевистской исторической науки.

Критические замечания товарища Сталина вместе с другими его высказываниями на основе громадного ленинского наследства должны помочь нашей исторической науке конкретизировать в целом ряде специальных исследований и учебных пособий сформулированную Лениным и Сталиным схему исторического процесса.

Центральной осью содержания учебника истории СССР как и всей новой истории является Октябрьская социалистическая революция. Все историческое развитие дооктябрьской России должно привести к обоснованию неизбежности и закономерности пролетарской революции, сразу же принявшей международный характер.

Товарищ Сталин предлагает изучать весь процесс исторического развития России и отдельные его этапы в международном аспекте как часть мировой истории. При этом необходимо показать, как сложилась после победы Октября принципиально новая система, вступившая в единоборство с системой международного империализма.

Вот почему ряд критических замечаний товарища Сталина идет но линии указаний международной роли и положения русского царизма, русского капитализма, русской революции.

Учебник истории СССР прежде всего должен дать конкретное историческое освещение и обоснование роли царской России как тюрьмы народов. В учебнике должна быть подчеркнута аннексионистско-колониальная роль русского царизма вкупе с русской буржуазией и помещиками, подчинившими русскому царизму целые народы и громадные территории. Должна быть освещена история Украины, Белоруссии, Финляндии, прибалтийских народов, Северного Кавказа, Закавказья, народов Средней Азии, Дальнего Востока, а также волжских и северных народов: татар, башкир, чувашей и т. п.

Одновременно в учебнике должна быть показана и контрреволюционная роль русского царизма во внешней политике, особенно со времен Екатерины II до 50-х годов XIX в. и позже. Царизм играет роль активного палача буржуазных революций на Западе и превращается в международного жандарма, помогающего феодальной реакции в Европе громить революции.

Товарищ Сталин подчеркивает ют исторический рубеж, каким было в истории царизма его поражение в крымской войне, после которой царизм лишился своей прежней самостоятельной роли в международной политике и превратился постепенно в резерв западноевропейского империализма.

Чрезвычайно важно конкретно выяснить корни первой империалистической войны и роль в ней царизма, а также показать зависимую роль как русского царизма, так и русского капитализма от капитализма западноевропейского. Без учета этого факта значение Октябрьской революции в части освобождения России от ее полуколониального положения останется немотивированным, тогда как основная задача учебника заключается именно в конкретно-историческом показе величайшего и всеобъемлющего освободительного значения Октябрьской революции в истории человечества. Под этим углом зрения товарищ Сталин требует конкретного показа в учебнике условий и истоков национально-освободительного движения покоренных царизмом народов России. Без этого Октябрьская революция как революция, освободившая эти народы от национального гнета, остается немотивированной, как немотивированным

стр. 30

остается и создание Советского союза.

Товарищ Сталин требует, чтобы учебник отражал влияние западноевропейских революций и социалистического движения на формирование буржуазного революционного движения и пролетарского социализма в России.

Эту же связь западноевропейской и русской революционной мысли (на примере другой эпохи и других задач) товарищ Сталин подчеркивает и в своем требовании отобразить в учебнике наличие общеевропейского политического кризиса перед мировой войной. Упадку буржуазного парламентаризма и демократизма должны быть противопоставлены Советы как носители пролетарского демократизма.

Товарищ Сталин заостряет вопрос о необходимости показать в учебнике борьбу партии с различными оппортунистическими течениями, которые пытались поколебать единство ее рядов. Без решительной победы над ними партия не могла бы привести пролетариат к победе социализма.

В настоящее время, когда подонки зиновьевской оппозиции завершили свой путь измены, штрейкбрехерства и политического двурушничества подлым террором против вождей пролетарской революции, когда лидеры этой антисоветской группы осуждены пролетарским судом как злейшие враги диктатуры пролетариата, - особый политический смысл приобретает требование товарища Сталина - показать в учебнике весь ход борьбы партии с троцкизмом как с проявлением мелкобуржуазной контрреволюции.

Все эти указания явились базой полной перестройки плана будущего учебника истории СССР. Учебник истории СССР пишется как учебник истории народов СССР. В учебнике должны быть конкретно показаны основные этапы исторического развития СССР. Товарищ Сталин указал на недопустимость сваливания в одну кучу феодального и дофеодального периода, самодержавного строя государства и строя когда Россия была раздроблена на множество самостоятельных полугосударств.

Период феодализма в России должен быть освещен в учебнике по основным этапам развития: период феодальной раздробленности, период самодержавия и образования Российской империи. На этой основе должны быть показаны классовые битвы и особенно крестьянские восстания, подавление которых создало основу для укрепления феодально- крепостнического самодержавия.

В следующих разделах должны быть показаны крепостная Россия в борьбе с буржуазной революцией в Европе, развитие промышленного капитализма, начало марксизма и рабочего движения, борьба за раздел мира между капиталистическими странами и роль царской России, военно-феодальный империализм и борьба пролетариата за гегемонию в революционном движении, буржуазно-демократическая революция 1905 г., царская Россия до и во время империалистической войны, борьба за диктатуру пролетариата, Октябрьская социалистическая революция, создание Советского государства, гражданская война и империалистическая интервенция, образование СССР, история Союза ССР в восстановительный период и победа социализма в СССР.

На основе указаний товарища Сталина необходимо создать высококачественный учебник истории СССР, который осветил бы историю угнетения царизмом народов России и историю расцвета национальных республик в условиях диктатуры пролетариата. Такой учебник должен помочь разоблачению великодержавного и местного национализма и стать одним из активных средств воспитания подрастающих поколений в духе пролетарского интернационализма.

Огромное политическое значение будет иметь и создание учебника истории колониальных и зависимых стран.

Маркс и Энгельс уделяли большое внимание истории классовой борьбы и процессам экономического развития в колониальных странах.

В письмах Маркса и Энгельса постоянно встречаются оценки и характеристики таких исторических событий, как сипайское и тайпинское вос-

стр. 31

стания, как борьба в Индии против английской колонизации, раздел Турции и т. п.

В эпоху империализма, когда национально-колониальный вопрос становится частью общего вопроса о мировой пролетарской революции, Ленин и Сталин посвящают этому вопросу особое внимание, внося в сокровищницу марксизма новое теоретическое богатство ввиде теории национально- колониального вопроса в пролетарской революции.

На этой ценнейшей теоретической базе и должен быть построен конкретно- исторический учебник истории колониальных и зависимых народов Востока, Азии, Африки, Америки и др.

Такие страны, как Китай, Индия, Афганистан, Персия, Турция, арабские страны, Латинская Америка, Южная Африка и т. п., должны быть показаны как объекты колониального грабежа с начала колониальной экспансии европейских держав, с XV - XVI вв. (эпоха великих открытий).

Осветить и объяснить конкретные факты истории колониальных и зависимых народов, показать их борьбу за освобождение от империализма - значит не только воспитать молодые поколения СССР в духе интернационализма, но и дать боевую книгу интернационального значения в руки мировому пролетариату и угнетенным народам мира.

В нашей школе должно быть усилено также внимание к преподаванию древней истории и истории средневековья. Актуальной и заслуживающей изучения является не только эпоха капитализма и империализма. Политическую актуальность может представлять для нас изучение самых отдаленных исторических эпох. Весьма часто классовые враги пролетариата выступали против пролетарской революции, опираясь на материал из истории очень отдаленных эпох. Крайне характерен, например, тот факт, что буржуазная историческая наука в настоящее время уделяет большое внимание истории древнего мира и средневековья, стремясь именно на материале древности доказать вечность и незыблемость капитализма. Не случайно, например, что Моммзен, как указывал еще Маркс, открывает капитализм в античном мире Моммзен, а затем и Эдуард Майер положили основу для целой школы современных модернизаторов древности, которые в истории древнего мира пытаются найти формы хозяйства, типичные для современного капитализма. Целевая установка таких историков ясна доказать незыблемость капитализма и невозможность пролетарской революции и социализма как реальной исторической перспективы. К этому сводятся теории таких видных апологетов капитализма, как Пельман (по истории античного мира) или Добш (по истории феодализма), и буржуазно-исторические концепции, находившие распространение в СССР, как теория феодализации общества за несколько тысяч лет до нашей эпохи, теория наличия капитализма в античном мире, теория вотчинного капитализма и т. п.

В фашистском преподавании истории древность занимает преобладающее место. Историю древних германцев фашистские историки толкуют как историю развития мировой цивилизации Германцы, по утверждению фашистских историков, создали индийскую, персидскую, греческую и римскую культуру и повсюду были создателями и организаторами новых общественных порядков.

Подобные исторические фальсификации фашистские историки Германии практикуют повседневно в целях "исторического" обоснования официальной расовой концепции германского фашизма.

Преподавание древней истории в буржуазной школе особенно отчетливо отражает стремление буржуазии превратить историю в орудие своего идеологического господства. Не случайно, что для Моммзена Древний Рим эпохи Юлия Цезаря явился только материалом для обоснования политики "сильного человека" современной ему Германии - Бисмарка. Мы потому останавливаемся на этом факте, что влияние буржуазной трактовки истории докапиталистических формаций проникает и в наши советские учебники.

Та дискуссия, которая уже несколько лет ведется по вопросу об "азиат-

стр. 32

ском способе производства" и о том, к какой общественно экономической формации принадлежит общество Древнего Востока - было ли там рабство или феодализм - отразилась и на учебнике акад. Никольского, по которому учились и сейчас учатся ми пионы советских школьников. Это создает вредную путаницу в головах учащихся. Чего, например, стоит следующая путаная, неряшливая формулировка в учебнике, т. е. в такой книге, где особенно требуются ясность, четкость и определенность мысли: "На смену родовому коммунистическому обществу пришло классовое общество, феодальное или рабовладельческое" (учебник Никольского, стр. 41)

В N 3 журнала "История в средней школе" опубликованы утвержденные Наркомпросом конспекты учебников истории древнего мира и истории средних веков для неполной средней школы. Эти конспекты дают представление о фактическом материале будущих учебников, создаваемых по решению ЦК от 16 мая 1934 г.

Конспект по истории древнего мира намечает отбор фактического материала по истории Древнего Востока (Египет, древнейшие государства в Двуречье, Ассирия, Халдея и Персия, Древняя Индия и Древний Китай), по истории Древней Греции (древнейший период Греции, Спарта Афины, Македония) и по истории Рима.

Конспект учебника по истории средних веков дает в первой части историю средневековой Европы до XV в (древние германцы, Византия VI - XI вв., арабы VI - XI вв., Франкское государство VI - IX вв.) и историю отдельных стран Западной Европы в период до XV в.

Вторая часть учебника посвящается концу средних веков и переходу к новому времени, здесь дается история Италии XI - XVI вв., Турции и Испании, история великих путешествий и открытий, реформация и крестьянские войны в Германии, нидерландская революция, Тридцатилетняя война, английская революция, установление буржуазного строя в Голландии и Англии история Восточной Европы конца XVII и начала XVIII века.

История средних веков должна на конкретном историческом материале показать процесс феодализации общества, генезис и разложение феодализма не в общих, схематических и абстрактных рассуждениях, а таким образом, чтобы весь материал приводил учащихся к пониманию закономерностей общественного развития и вырабатывал у них историческую перспективу. В конкретном, исторически складывающемся обществе нет "чистых" общественно-экономических формаций. Учащиеся должны научиться понимать, что "если рассматривать какое угодно общественное явление в процессе его развития, то в нем всегда окажутся остатки прошлого основы настоящего и зачатки будущего"1 , - как писал Ленин в "Друзьях народа".

Правильно понять генезис феодализма можно лишь на основе учения Маркса о рабстве как первой фазе классового общества; точно так же генезис капитализма надо искать еще в эпохе разложения феодализма. Каждый из крупных периодов человеческой истории рабовладельческий, крепостнический, капиталистический как писал Ленин, обнимает десятки и сотни столетий. Исключительно важным поэтому является результат изучения истории, который должен привести учащихся к ленинскому выводу для того чтобы победить, нужно понять всю глубину истории старого, буржуазного мира.

3

Роль и значение исторического образования однако, недостаточно учитывались в практике нашей школы, которая прежде всего должна была давать исторические знания миллионам учащихся.

Недооценка воспитательного значения исторического образования сказывалась в том, что до недавнего времени история как учебная дисциплина фактически отсутствовала в учебных планах школ. История долгое время входила в курс обществоведения, в котором она преподносилась либо крайне эпизодически либо ввиде об-


1 Ленин Т. I, стр. 94.

стр. 33

щих схем и социологических обобщений.

Как сложилось такое положение?

Октябрьская революция, уничтожая старый государственный аппарат, разрушила и старую школьную систему. В новой школе, однако, и после Октября продолжалась острая политическая борьба. Значительная часть учительства старой школы веча активную пропаганду в пользу свергнутых революцией классов в первую очередь при посредстве таких учебных дисциплин, как история. В программах 1918 г. обществоведения как отдельного предмета еще не было. Вместо него преподавались всеобщая и русская история, история социализма и политическая экономия. Но преподавание шло плохо. По сравнению с дореволюционными программы были обширные и сложные, а преподавать по ним было некому. Марксистские педагоги как и марксистская учебная литература почти совершенно отсутствовали. Преподавание истории по Випперу (или Иванову Карееву, Виноградову) и Платонову (или Елпатьевскому, Скворцову, Иванову) да еще политически враждебными или, в лучшем случае, "нейтральными" педагогами приводило к превращению истории в предмет антимарксистской пропаганды в школе. К тому же эта школьная история, посвященная преимущественно первобытной культуре, древней истории и средневековью, едва доводила изложение до Французской буржуазной революции. Учащиеся не получали никакого представления об истории наиболее близких и богатых событиями эпох. Все это вырабатывало отрицательное отношение к прежней истории как к предмету преподавания в новой школе. Поэтому уже в программах 1920 - 1921 гг. мы находим положение, что историю как предмет школьного обучения нужно либо "пропитать обществоведческой точкой зрения", либо расстаться с курсом истории как самостоятельным предметом, взяв из него лишь то, что непосредственно помогает объяснять современность. Чрезвычайно характерны для этого рода установок статьи и публичные выступления покойного методиста-историка М. Н. Коваленского, которые и были положены в основу программ школ II ступени, изданных ГУС в 1923 г.

"Полагаю, - писал М. Н. Коваленский, - что из всего мирового развития культуры в новой школе должны быть обследованы моменты такого значения, как современность и первобытная культура в их особенностях и противоположностях, с одной стороны, как начала культурного развития человечества, и тот конец, до которого оно дошло в наши дни, - с другой, и те основные промежуточные моменты на пути этого развития, как феодализм и капитализм... Все остальное из курса истории культуры, не исключая и Древнего Востока, Греции, средних веков, реформации, гуманизма, татарщины, опричины, Смутного времени и т. д., может быть вынесено за пределы собственной школьной работы..." 1 .

Именно "традициями" такого взгляда на исторический процесс, в котором достойны изучения только "начало" и "конец" - первобытный коммунизм и "современность", объясняются незнание конкретных исторических фактов и непонимание исторической) процесса учащимися. Результаты его мы обнаруживаем в 1932 г. при обследовании состояния преподавания истории. В официальной записке Наркомпроса "История в средней школе", изданной в августе 1933 г., приводятся крайне плачевные результаты таких "традиций" в области преподавания истории. Так, в контрольных работах учеников одной из школ г. Дзержинска имеются примеры, прямо иллюстрирующие вышеприведенные взгляды на "концы" и "начала" истории. В ответ на вопрос преподавателя: "В чем сходство и различие между первобытным и современным (?) коммунизмом?" - ученики давали лишь малопонятные общие формулы или ответы вроде таких: "Первобытный коммунизм отличался от современного тем, что там занимались, например, земледелием не так; дальше не знаю...". Или такой ответ: "Древний коммунизм был из одной семьи, а современный


1 "Основные вопросы преподавания в средней школе", стр. 24. 1928.

стр. 34

коммунизм состоит из многих семейств" и т. п.

Таков был итог того, что с 1923 г. из учебных танов история как самостоятельный предмет фактически исчезла. Этот факт был тем большим перегибом со стороны органов Наркомпроса, что к 1923 - 1924 г. обстановка в юколе и в частности положение на фронте исторической науки совершенно изменились: выросли новые, советские кадры преподавателей, появились марксистские исторические книги и учебники, развернулась научно-исследовательская работа марксистов-большевиков в области истории. И, тем не менее, только с 1927 г. история как учебная дисциплина опять начинает появляться в массовой школе, но не ввиде систематического курса, а в "картинном порядке", как гласит объяснительная записка к программе 1927 г., категорически утверждающая: "Не может быть и речи о том, чтобы дать на первом концентре систематический курс истории, хотя бы новейшей". Почему же? Потому, утверждает составитель "Записки", что если поставить систематический курс истории, то... обществоведению нечего будет делать.

Такой метод преподавания приводил к непониманию исторического процесса в целом и не помогал получению исторической перспективы.

Абстрактный схематизм, типологическое построение (следуя по стопам курса истории Кареева или Рожкова) или эпизодическое, "картинное" построение программ по истории - такова была разноголосица, конец которой по дожили выступление товарища Сталина и решение ЦК ВКП(б) и СНК от 16 мая 1934 г.

Это постановление находится в связи со всеми предшествующими решениями ЦК относительно перестройки массовой советской школы, которая неизменней была предметом заботы и внимания со стороны партии.

Ленин еще в первые годы революции подчеркивал гигантскую роль учителя и школы в деле воспитания новых людей. "Это, - говорил он, - есть аппарат, который должен двигать работу, будить мысль, бороться с предрассудками, которые еще до сих пор существуют в массах" 1 .

В годы борьбы за первую и вторую пятилетки, когда вопрос о подготовке кадров культурны с и сознательных строителей социализма вырос в большую и решающую проблему, вопросы воспитания, образования и культуры новых поколений стали перед партией во весь рост.

Школа требовала гораздо более непосредственного идеологическою руководства со стороны партии еще и потому, что под воздействием школы вырастают сейчас уже не тысячи, а миллионы будущих участников социалистического общества. До революции в начальной и средней школах обучалось всего 5532 тыс. человек. В настоящее время в массовой школе обучается 26500 тыс., а в 1937 г. в ней будет уже 36 млн. учащихся. Эти громадные цифры означают живые и растущие кадры новых людей, выработкой революционного мировоззрения которых должна под руководством партии заняться прежде всего советская школа.

Именно по этой линии шли директивы партии, начиная с решения о введении всеобщего обучения (от 25 июля 1930 г.), о перестройке школы в политехническую школу, с постановления об увеличении объема общеобразовательных знаний учащихся (от 5 сентября 1931 г.), с предложения Наркомпросу создать новые учебные программы и усилить в них элементы историзма, с директивы ввести специальные курсы всеобщей истории (от 25 августа 1932 г.), с предложения создать стабильные учебники (в начале 1933 г.) и кончая последним историческим решением от 16 мая 1934 г.

Это решение и указания товарища Сталина должны привести к радикальной перестройке всей системы исторического образования, а также к улучшению всего дела подготовки научных и педагогических кадров, без которых невозможна намеченная перестройка. Именно для этой цели в Москве, Ленинграде и в ряде других крупнейших городов Союза созданы специальные исторические фа-


1 Ленин. Т. XXV, стр. 453.

стр. 35

культеты при университетах. Эти новые факультеты должны на практике реализовать директиву товарища Сталина о повороте к исторической конкретности, о постановке всего дела исторического образования на большую научную и политическую высоту.

Подготовка высококвалифицированных и политически выдержанных кадров преподавателей является сейчас актуальнейшей задачей в области перестройки исторического образования. Партия и правительство уделяют этой задаче большое внимание. Обязанности органов Наркомпроса, наших педагогических вузов и исследовательских учреждений по отношению к преподавателям средней школы сейчас особенно велики. Повышение квалификации педагогических кадров в области истории является непременным условием правильного преподавания истории.

Учиться и переучиваться - вот что нужно почти всему без исключения преподавательскому составу историков средней школы. Аспирантура наших педагогических вузов и исторических факультетов, университетов должна быть поставлена в совершенно иные условия подготовки к своей будущей преподавательской деятельности, чем это было до сих пор. Директивы партии качаются, однако, не только нашей средней и высшей школы, но и наших научно-исследовательских институтов и организаций, работающих в области исторической науки. Поставить историческое образование на большевистские научные рельсы можно только при еще более высоких темпах и еще лучшем качестве научно-исследовательской работы чем до сих пор. Перед учеными-историками возникает целый ряд новых проблем, которые ставятся новыми требованиями преподавания в связи с указаниями товарища Сталина. Научный исторический фронт стоит перед ответственной задачей конкретной помощи школе.

Пересмотр и выработка новых учебных планов уже дают свои положительные результаты. Материалы работы кафедр исторических факультетов, учебные планы и программы наших ВУЗОВ позволяют отметить успешную работу по перестройке исторического образования в высшей школе.

Материалы обследований преподавания истории в средней школе характеризуют громадные сдвиги по пути выполнения директив товарища Сталина и реализации решения ЦК и СНК от 16 мая.

"Как идет сейчас в школах борьба с коренными недостатками в преподавании истории?" - спрашивает отчет 36-й школы СОНО (Москва) и отвечает: "Прежде всего педагоги восстанавливают в своей памяти или вновь овладевают конкретной историей. Педагогам приходится много и упорно заниматься самим, тщательно готовиться по содержанию уроков. Большое, почетное место заняла в преподавании историческая карта, изготовляемая учащимися под руководством педагогов. Педагоги сообщают учащимся и требуют от них конкретных, твердых знаний, основных хронологических дат. Учитель чаще спрашивает учащихся. Ярче стало слово педагога, живее и занимательнее рассказ учащихся. В рассказе учителя встают перед учащимися образы исторических деятелей, в отрывках из исторических документов звучат их слова. Большое место в преподавании истории занимают исторические картины, таблицы, частью вынутые из школьных архивов, частью изготовляемые учащимися в порядке самооборудования педагогического процесса".

Аналогичную картину рисуют и многие другие отчеты. В преподавании истории в средней школе еще много недочетов, много перегибов и трудностей. Но перегибы исправляются, трудности преодолеваются. Здесь как и во всей нашей грандиозной стройке решают все живые люди, их творческая инициатива, их большевистское упорство, их горячий энтузиазм.

Преподавание истории имеет твердый большевистский компас - директивы и указания вождя партии товарища Сталина. Научиться двигать вперед наше историческое образование, следуя этому компасу, - такова конкретная и почетная задача всех тех, кто работает над перестройкой исторического образования в СССР.

Orphus

© library.ua

Постоянный адрес данной публикации:

http://library.ua/m/articles/view/ЗА-БОЛЬШЕВИСТСКОЕ-ПРЕПОДАВАНИЕ-ИСТОРИИ

Похожие публикации: LRussia LWorld Y G


Публикатор:

Василий ПашкоКонтакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: http://library.ua/admin

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир)GoogleYandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

ЗА БОЛЬШЕВИСТСКОЕ ПРЕПОДАВАНИЕ ИСТОРИИ // Киев: Библиотека Украины (LIBRARY.UA). Дата обновления: 29.05.2014. URL: http://library.ua/m/articles/view/ЗА-БОЛЬШЕВИСТСКОЕ-ПРЕПОДАВАНИЕ-ИСТОРИИ (дата обращения: 25.09.2017).

Комментарии:



Рецензии авторов-профессионалов
Сортировка: 
Показывать по: 
 
  • Комментариев пока нет
Свежие статьиLIVE
Публикатор
Василий Пашко
Киев, Украина
718 просмотров рейтинг
29.05.2014 (1215 дней(я) назад)
0 подписчиков
Рейтинг
0 голос(а,ов)

Ключевые слова
Похожие статьи
Ключ к Тайне — имя Хеопс. The key to Mystery is the name of Cheops.
Каталог: Философия 
3 дней(я) назад · от Олег Ермаков
КРЫМ: КУДА ДРЕЙФУЕМ?
Каталог: Политология 
6 дней(я) назад · от Україна Онлайн
КРЫМ КАК ЗАБЫТАЯ ЖЕМЧУЖИНА
6 дней(я) назад · от Україна Онлайн
Прощай, "остров Крым"!
Каталог: География 
6 дней(я) назад · от Україна Онлайн
Заминированный Крым
Каталог: Журналистика 
6 дней(я) назад · от Україна Онлайн
Пошевели извилинами. Не ходил бы ты, Ванек, во юристы
Каталог: Военное дело 
6 дней(я) назад · от Україна Онлайн
Стаття обґрунтовує соціальну необхідність невідкладної розробки загальної програми щодо вжиття адекватних заходів для налагодження дієвого державного механізму протидії тіньовій економіці. Така програма повинна мати комплексний характер, оскільки її головним завданням має бути побудова антисистеми, яка протистоятиме вдало сконструйованій і налагодженій системі тіньової економіки. Рух у цьому напрямку слід розпочати з права, оскільки воно є формальним регулятором суспільних відносин і проголошує норми поведінки, зокрема й у сфері економіки.
Каталог: Право 
7 дней(я) назад · от Сергей Сафронов
Свавiлля у центрi столицi
Каталог: Политология 
7 дней(я) назад · от Україна Онлайн
Платон как Аполлон. Plato as Apollo.
Каталог: Философия 
7 дней(я) назад · от Олег Ермаков
Молодёжь, не ходите в секту релятивизма. Думайте сами. И помните, там, где появляется наблюдатель со своими часами, там заканчивается наука, остаётся только вера в наблюдателя. В науке наблюдателем является сам исследователь. Шутовству релятивизма необходимо положить конец!
Каталог: Философия 
10 дней(я) назад · от Геннадий Твердохлебов

ЗА БОЛЬШЕВИСТСКОЕ ПРЕПОДАВАНИЕ ИСТОРИИ
 

Форум техподдержки · Главред
Следите за новинками:

О проекте · Новости · Отзывы · Контакты · Реклама · Помочь Либмонстру

Украинская цифровая библиотека ® Все права защищены.
2014-2017, LIBRARY.UA - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK